Глава 7. Умаление и прибыток

Умаление и прибыток50

Закрытие себя имеет своим образцом Божественный Стебель51. Владеющий искусством оценить умаление и прибыток умеет принимать решение в минуту большой опасности.

В делах есть уместные действия, в судьбе вещей есть победы и поражения. В тонкости мудрого действия, таящие угрозу, следует вникать со всем тщанием.

Мудрец недеянием обретает в себе внутреннее совершенство (дэ), а речи его всегда сообразуются с течением событий.

Прибыток относится к знанию52, умаление относится к действию. В своем поведении необходимо пользоваться принципами и «прибытка», и «умаления». Когда же обстоятельства не позволяют применить их, мудрый человек не тратит попусту своих слов, а достойный муж не делает так, чтобы из-за собственного красноречия лишиться доверия людей. Поэтому его суждения не докучливы, а в сердце своем он не изменяет своим намерениям и не поддается смущению. Он определяет, насколько трудно данное дело, а потом составляет план действий и всегда исходит из того, что случается само собой.

Если примененная противником тактика «круга» не может побудить его действовать, а примененная противником тактика «квадрата» не может его остановить, можно сказать, что он достиг великой заслуги53. Притом и «прибыток», и «умаления» обозначаются посредством суждений.

С помощью приемов «разделения силы» и «распространения силы» можно привлечь соперника обещанием «прибытка», а затем, определив его наиболее уязвимое место, нанести решающий удар. Поэтому тот, кто владеет искусством умаления и прибытка, подобен человеку, который дает воде излиться с плотины высотой в тысячу саженей или бросает камни в пропасть глубиной в десять тысяч саженей54. Тот, кто научился этому искусству, не станет действовать, если прежде не завладел потенциалом обстановки55.

Примечания

1 В Китае дракон издревле был символом творческих метаморфоз, причем по традиции различалось пять (соответственно пяти мировым стихиям) их видов. Согласно пояснению Тао Хуанцзина, Пять драконов — это аллегорический образ пяти фаз мирового круговорота, иногда неточно называемых мировыми стихиями: металла, дерева, воды, огня и земли. Круговорот мировых фаз уподоблялся древними китайцами непрерывным превращениям драконов.

2 В тексте букв.: «пяти видов жизненной энергии» (ци). Речь идет о функциональных системах организма, соотносящихся с пятью внутренними органами тела: сердцем, легкими, почками, печенью, селезенкой. Тао Хунцзин соотносит «пять видов ци» с двумя видами души — «бесплотной» и «вещественной», «семенем» (цзин), духом и волей. Чжао Цюаньпи видит здесь указание на пять видов ци, упоминаемых в главе «Великие установления» древнего канона «Книга Преданий».

3 Как поясняет Тао Хунцзин, внутреннее совершенство воплощает «величие» потому, что оно «может все поправлять и всем управлять».

4 Тао Хунцзин комментирует: «Когда сердце способно пребывать в недеянии, его искусство проявляется само собой». «Искусство сердца» — распространенный термин в древнекитайской философской литературе, составляющий, помимо прочего, заголовок одной из глав трактата «Гуань-цзы». Чжао Цюаньпи толкует его как «искусство божественной просветленности Пути».

5 Здесь имеются в виду девять отверстий человеческого тела. В древней китайской литературе это понятие служило метонимическим обозначением всего тела.

6 Двенадцать вместилищ — изначальное значение этого понятия неясно. Тао Хунцзин истолковывает его в буддийских категориях шести видов психической деятельности, а именно: зрение, слух, обоняние, вкус, тактильные ощущения, мышление. Каждому виду деятельности соответствует своя разновидность восприятия.

7 Согласно комментарию Тао Хунцзина, имеется в виду «место, откуда выходит и куда входит жизненная энергия». В китайской медицине таковым обычно считается область почек.

8 Данная формула восходит к даосскому канону «Чжуан-цзы». Подлинный человек — образ идеального человека, воплотившего в себе несотворенную, необозримо-пустотную полноту творческих потенций жизни.

9 В тексте употреблен знак лэй, обозначающий различные системы классификации вещей. По поводу этой фразы Тао Хунцзин замечает: «Тот, кто совершенствует себя внутри, обретает знание, опираясь на условности наук. Поэтому мудрец, хотя и мудр, все познает благодаря условностям наук, а условности наук не имеют отношения к тому, что таково само по себе. Поэтому говорится, что он имеет упорядоченное знание».

10 В ряде списков эта фраза записана в укороченном виде: «Отчего искусство сердца теряет сообщительность с миром».

11 Тао Хунцзин указывает, что «пять видов жизненной силы взращиваются сами, и в таком случае в нас поселяется дух, а если в нас поселяется дух, мы сами собой следуем принципу вещей и претерпеваем превращения».

12 В оригинале говорится о «четырех сторонах» или «четырех пределах». Китайские комментаторы не уточняют смысл этого понятия.

13 Употребленный в тексте знак ши обозначает некое качество силы, образуемое сочетанием всех факторов жизненного движения в данный момент времени. Речь идет о потенциале ситуации, не имеющем внешнего образа.

14 Комментарий Тао Хунцзина: «Единое — это недеяние. Здесь говорится о том, что Подлинный Человек окормляет все роды вещей, хранит в себе Небесное сердце и всех воспитывает, являя собой образец совершенства, но делает все это посредством недеяния. Его воля и мысли действуют сообразно потенциалу обстановки и никогда не отходят от того, что таково само по себе, но всегда следуют принципу вещей. Такое способны понять лишь наилучшие из мужей!»

15 Имеется в виду древняя практика гадания по панцирю черепахи. Тао Хунцзин предлагает не слишком вразумительное толкование: «Воля — это расследование истинного и ложного, а гадание по черепахе позволяет узнать счастье и несчастье». Нетрудно представить, однако, что гадание и духовное познание предполагает наличие ряда общих душевных качеств, например: чистоты помыслов, доверия, подробного знания существующего положения вещей.

16 Комментарий Тао Хунцзина: «Здесь говорится о том, что, когда нет полноты понимания, нужно пестовать волю для того, чтобы понимание стало всепроницающим».

17 В списке даосского канона сказано: «пестуют жизненную силу», что, по-видимому, является ошибкой.

18 В оригинале букв.: «трое не сходятся воедино». Согласно Тао Хунцзину, «трое» означает здесь волю, разум и дух.

19 Термин «наполненность» (ши) означает также нечто подлинное, действительное, а кроме того — искренность помышлений. Речь идет, по существу, о подкрепленности, «обеспеченности» мыслительной деятельности духовной просветленностью, чистотой жизненной субстанции. Комментарий Тао Хунцзина: «Помыслам свойственно свертываться и сгибаться, а дракон способен изгибаться на все лады, поэтому наполненность помыслов имеет своим образцом парящего дракона». Выражение «свертываться-сгибаться» в книге «Чжуан-цзы» обозначает «внутреннее постижение», открытие полноты и самодостаточности духовной жизни.

20 В оригинале букв.: «Претворение помыслов — это помышление жизненной силы». Тао Хунцзин в своем комментарии разделяет два последних понятия, трактуя «претворение воли» как «приведение к покою жизненной силы», что влечет за собой «углубленное обдумывание».

21 Сяо Дэнфу предлагает заменить эту фразу сходным суждением из трактата «Дэн Си-цзы»: «Когда сердце покойно, можно составлять божественные планы». Формулировка из «Дэн Си-цзы» вполне приемлема, но предлагаемая замена не кажется необходимой.

22 Параллельный пассаж в «Дэн Си-цзы» гласит: «Сердце стремится к покою, мысль стремится к глубокому и отдаленному. Когда сердце покойно, можно составлять божественные планы. Когда мысль устремляется к глубокому и отдаленному, планы успешно свершаются. Сердцу противно волнение, мысли противна поверхностность. Когда сердце волнуется, дух теряет устойчивость. Когда мысль поверхностна, ни в чем не достигнешь успеха».

23 Комментарий Тао Хунцзина: «Здесь говорится о том, что тот, кто воистину постиг искусство сердца и не отворачивается от подлинного единства, крепко себя блюдет и не ведает колебаний. В таком случае он может так обращаться с людьми, что те будут относиться к нему с полной искренностью. Знающие будут обдумывать положение, просветленные будут предлагать планы, устремления верхов и низов будут едины, и поэтому в их расчетах и планах будет полное согласие. Если слушать ушами всего мира, то будешь знать решительно все». Это замечание Тао Хунцзина лишний раз напоминает о том, что «хитрости» китайской политики предполагали полную душевную искренность и опирались на нее.

24 Букв.: «ось и движущая сила» (круговорота событий).

25 В списке «Гуй Гу-цзы» в даосском каноне две последние фразы отнесены к комментарию Тао Хунцзина, что, очевидно, является ошибкой.

26 Согласно Тао Хунцзину, речь идет о достижении такого покоя сверхчувствительного духа, при котором «становится возможным созерцать внутри бесформенное и обратить слух к беззвучному». В позднейшей даосской традиции практика «внутреннего созерцания» означала способ медитации, позволявший буквально созерцать внутренность своего тела. 27 Букв: «уходить и приходить, полагаясь на дух». Комментарий Тао Хунцзина: «достигаешь такой ясности духа, что в тебе сходится все, что случается (букв. «приходит и уходит». — В. М.) за тысячи и десятки тысяч лет».

28 Здесь цитируются изречения из главного даосского канона «Дао-Дэ цзин» (гл. XLVII). 29 Комментарий Тао Хунцзина: «Путь — это недумание и недеяние. А потому те, кто знает благодаря Пути, приобретают свое знание от знания. Именно потому, что постигли незнание, они могут общаться с духами, жить в согласии с целым миром и сделать себя вместилищем духовности».

30 Как отмечает Линь Гэндун, понятие «разделения» (фэнь) означает здесь «воздействие вблизи, которое распространяется далеко». Речь идет, в сущности, о действии всепокоряющей силы «внутреннего совершенства» (дэ), способной водворить гармонию в целом мире. Второй знак в заглавии — вэй (авторитет, власть) часто употребляется в сочетании с термином ши — «потенциал ситуации», «сила обстоятельств». Речь идет, таким образом, о силе воздействия человека на окружающих, которая разобщает противников и в то же время заставляет окружающих сплотиться вокруг их вождя. Мы имеем дело с китайской версией известной максимы управления: «разделяй и властвуй».

31 Образ «лежащего медведя» в данном случае обозначает затаившегося зверя, готового в любой момент броситься на добычу. В этом качестве в китайской литературе часто фигурирует также образ «неподвижного дракона в омуте». Комментарий Тао Хунцзина: «То, что движется благодаря утонченности покоя, называется силой. Показывать вблизи и сотрясать далекое называется разделением. Медведь, желая схватить добычу, сначала припадает к земле, а потом бросается».

32 Тао Хунцзин поясняет: «Того, кто невозмутимо-грозен, люди страшатся, как Неба». 33 В этом месте, как и в следующем предложении (а равным образом в древних трактатах по военной стратегии) термин цзянь («промежуток», «разрыв») имеет значение «промах», «уязвимое место», «слабость». Концовка фразы добавлена на основании комментария Тао Хунцзина. Отметим, что в позднейшей китайской и особенно японской мысли термин цзянь

(яп. ма) часто употреблялся в значении организующего начала структуры, подобно тому, как в музыке пауза организует ритм, а в архитектуре пустота может организовывать пространство. В «Гуй Гу-цзы» этот момент «распространения силы» также является логическим завершением предыдущего этапа «распространения силы».

34 Комментарий Тао Хунцзина: «Тот, кто знает, что его воля и помыслы тверды и искренни, может благодаря этому укрепить (букв. «взрастить») себя. Тот, кто вежлив и уступчив в обращении, может таким образом взрастить других».

35 В оригинале букв.: «дух — существование, войско — погибель». Согласно толкованию Тао Хунцзина, тот, кто умеет «пестовать дух внутри», не имеет нужды «применять войско вовне». Сяо Дэнфу трактует эту фразу несколько иначе: тот, кто пестует свой дух, не подвергнется нападению извне.

36 Молниеносный бросок коршуна на добычу — классический в китайской стратегии образ решающего удара. Речь идет, по сути, о мгновенной реализации «потенциала ситуации». (См.: Китайская военная стратегия. Сост. Малявин В. В. М., 2002. С. 140). В древнем Китае коршун считался «повелителем птиц».

37 В комментарии Тао Хунцзина к этой фразе подчеркивается связь «силы» (совпадающей здесь с понятием «потенциала обстановки») с качеством человеческой духовности: «Сила проявляется благодаря духу, вот почему сила есть слуга духа».

38 Букв.: «разрывы», «слабые места», «пустоты» (цзянь).

39 Судя по другим контекстам этих по

нятий в книге «Гуй Гу-цзы», они обозначают аргументацию или действия, которые имеют характер опосредованного воздействия или провокации (принцип «круга», или «сферы») и лобового, фронтального противостояния (принцип «квадрата»). Принципы «квадрата» и «сферы» имеют большое значение в китайской стратегии и боевых искусствах, где они означают соответственно действие по прямой, которое исчерпывается его внешней формой (что соответствует началу Земли), и движение скручивания, уводящее к внутреннему, сокрытому образу силы (таково начало Неба). Сяо Дэнфу толкует это выражение просто как «полное знание поведения», что не передает подлинного смысла оригинального текста. 40 Здесь: пять главных внутренних органов человеческого тела.

41 Тао Хунцзин комментирует: «Доведя до совершенства пять видов жизненной энергии в себе, можно заняться рассмотрением принципа опустошения и наполнения вовне. Когда же постигнешь досконально этот принцип, будешь знать и слабые места соперника».

42 Имеется в виду все то же понятие «силы» (ши), определяемой состоянием духа.

43 Название этой главы выражает идею свободного конструирования планов, способности повернуться в любую сторону в зависимости от «фигуры силы» текущего момента и периодических законов мирового круговорота вещей. Умение выстраивать обоснованный план действий проистекает из невозмутимого покоя и душевного равновесия, дарующих необыкновенную чувствительность духа. Оно часто отождествляется китайскими авторами со Срединным Путем.

44 Комментарий Тао Хунцзина: «Здесь говорится о том, что знание мудрого неисчерпаемо, подобно безостановочному вращению колеса. Это безостановочное вращение подобно тому, как дикий зверь вечно что-то ищет». Сяо Дэнфу подчеркивает, что знание мудрого задано его непосредственной сообщительностью с миром, еще точнее — его постижением бытийственных основ опыта, пространственно-временного континуума Пути. Тема этой главы — способность творческой выработки планов, умение повернуться в любую сторону в зависимости от «конфигурации силы» в данный момент времени и периодических законов мирового круговорота вещей. Умение выстраивать обоснованный план действий проистекает из невозмутимого покоя и равновесия духа, которые часто отождествляются китайскими авторами со Срединным Путем.

45 В оригинале употреблен термин чжи, который в даосской литературе обозначает вредное многознайство ученых, в каноне китайской стратегии «Сунь-цзы» выступает как главная

добродетель искусного полководца, а в конфуцианстве почиталась как добродетель «разумности» — последняя в ряду пяти главных добродетелей благородного мужа.

46 Начало фразы восстановлено по списку трактата в даосском каноне. Комментарий Тао Хунцзина гласит: «Сердце великого мудреца подобно зеркалу: когда вещи воздействуют на него, оно их отражает. Так можно постичь неизмеримую мудрость и овладеть искусством сердца».

47 Комментарий Тао Хунцзина: «После того как что-то случилось, строят планы. Создав план, претворяют его на деле. В событиях нет единого образца. Действуя по кругу, идешь вперед и не знаешь предела. Следуя квадрату, останавливаешься и вносишь разделение». 48 По мнению Сяо Дэнфу, понятие «круга» означает здесь «полноту понимания», которая делает возможным плодотворное общение с другими, а принцип «квадрата» — точность действия, гарантирующая успех.

49 По поводу четырех принципов, провозглашаемых в этом пассаже: «круг», «квадрат», «вращение с переменами» и «принятие вещей», Тао Хунцзин поясняет: «Нужно прежде узреть превращения событий, затем постичь их общую основу, связав воедино. Тогда можно выслушивать и правдивые, и лживые речи, приникая к их истоку».

50 В этом словосочетании слово «прибыток» означает также «радость» и «речь», тогда как «ущерб», «умаление» соответствует «умалению знания» и «действию». Тао Хунцзин трактует термин «прибыток» как «глаз», усматривая здесь совет «умалить зрение», то есть перестать полагаться на чувственное восприятие. Толкование Тао Хунцзина плохо согласуется с контекстом, но подкрепляется толкованиями данного термина в «Дао-Дэ цзине».

51 Имеется в виду древний способ гадания по стеблю тысячелистника.

52 Сяо Дэнфу предлагает гораздо более развернутую трактовку данной фразы: «Прибыток означает: внушить собеседнику радость от общения с вами и таким способом подчинить его себе».

53 Комментарий Тао Хунцзина: «Тонкость обмана заключается в том, чтобы выдать беду за счастье и добиться успеха, как будто потерпев поражение, стремиться к одному, а получить другое. В таком случае, предлагая действовать по принципу «круга», предполагают, что действовать так будет невозможно. Когда же предлагают действовать по принципу квадрата, предполагают, что прекратить действие будет невозможно. Если я построил такой план, что противник неспособен сохранить постоянство, это можно назвать великой заслугой». Чжао Цюаньпи предлагает более простое и разумное объяснение: если противник применяет принцип «круга», я не действую, а если он следует принципу «квадрата» (вступая в открытую конфронтацию), я не перестаю действовать.

54 Здесь упоминаются две классические аллегории «потенциала ситуации», встречающееся в каноне китайской стратегической мысли «Сунь-цзы» (гл. V).

55 Заключительная фраза отсутствует в тексте «Гуй Гу-цзы», включенном в даосский канон.